НАРОДНАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ ДЕРЕВЕНЬ ЮСЬВИНСКОГО РАЙОНА ПЕРМСКОГО КРАЯ

Квать-Чунь

Деревня Квать-Чунь находилась в 4-х км от центральной усадьбы с. Мелюхино и в 11 км от райцентра с. Юсьва. Д. Квать-Чунь располагалась при ключе. В переводе с коми-пермяцкого название деревни обозначает - шесть пальцев.

Год переписи Список населенных местностей 3-го стана Соликамского уезда 1869 год Сведения, составленные в 1908 году  волостными правлениями по Пермской губернии

Перепись населенных пунктов Коми-Пермяцкого округа  Уральской области на 1926 год (проживали коми-пермяки)

По статистическим данным на 1962 год
Количество  дворов (хозяйств) 12 16 20 Деревня была закрыта
Численность населения всего 72 99 112  
В т.ч. мужского пола 37 42 50  
В т.ч. женского пола 35 57 62  

Деревни Квать-Чунь, Верх-Лома и Доронина в период коллективизации образовали колхоз «Квать-Чуневский», центральная усадьба находилась в д. Квать-Чунь.

В Великой Отечественной войне почти все из призванных мужчин из д. Квать-Чунь погибли, и дети росли сиротами, «миронами», как они себя называли. 

Для данного раздела недостаточно материала. Если у вас есть информация, пожалуйста, свяжитесь с нами.
Сделать это можно, отправив письмо по электронной почте на адрес: bib-uswa@mail.ru с пометкой «Энциклопедия».

Воспоминания Туляевой (Тарасовой) Анны Егоровны, 12.11.1934 г.р., уроженка д. Доронина Мелюхинского сельского совета Юсьвинского района.

Места были красивыми, вокруг деревень было немало логов. Так в Ваниевском логу били из-под земли ключи, и местами земля под ногами была топкой. В одну из летних сенокосных пор мужики решили измерить глубину одного из бьющего из-под земли ключа. Срубили жердь, но оказалось, что по длине жердь была короткой, до дна ключа не доходила, и вода с ключа выдавила жердь обратно. Помнят многие лог с интересным названием «Кызпель лог» (толстое ухо), но никто не могли сказать, отчего такое название лога. В этом логу много росло малины, грибов.

Деревни Доронина, Квать-Чунь и Верх-Лома в период коллективизации образовали колхоз «Квать-Чуневский». Деревня Квать-Чунь имела больше хозяйств, семьи были большими и жили «квать-чуневские» более зажиточно, чем в других близлежащих деревня Верх-Лома и Доронина. Центральной усадьбой выбрали деревню Квать-Чунь, и колхоз назвали «Квать-Чуневский». До войны всю работу в колхозе выполняли вручную, не было никакой техники. Тракторы из Юсьвинской МТС начали приезжать для механизированной обработки земли уже после войны. А в колхозе «Квать-Чуневский» появился свой первый трактор «НАТИК» (СТЗ-НАТИ – первые гусеничные тракторы, выпускаемы на Сталинградском тракторном заводе. Прим. автора статьи). Первым трактористом был Вадимич Коля. Колхоз «Квать-Чуневский» после войны был соединен с Тарабаевским, Фотинским колхозами, в последствии мелкие колхозы вошли бригадами в совхоз «Мелюхинский».

Из семей, которых могла вспомнить Туляева Анна Егоровна, она перечислила хозяев (глав семей): Яшка, Мишка, Конан Федор, Квать-чуневский род, Гаврил, Анань, Мишка, Федор, Пашу баб, Никон, Митя, Николай жил с братом, Санко, Онтон Коля, Опонь. Из семей, проживавщих в д. Квать-Чунь, более менее в достатке жили Квать-чуневский род. Остальные семьи в деревне жили очень бедно. Были семьи, которые еще и после войны жили в старых курных избах. В деревни так и не провели электричество, хотя через деревни провели высоковольтную линию на Ильинское. И только уже гораздо позже провели радио в деревни Квать-Чунь, Верх-Лома, а в д. Доронина радио так и не было. Проблемно было растапливать печь, т.к. не было спичек. Угольки с вечера запасали в специально отведенном месте, часто это был паз в срубе, чтоб они до утра не угасали и тлели. Угольки берегли. Живой огонь переносили из избы в избу. Увидят, у кого у первого задымится труба, в тот дом и шли за горящей лучиной. Одежда вся в основном была домотканая. Не было возможности даже улучшить внутреннее убранство дома: окна были без занавесок, а в праздники, чтоб придать праздничный вид – резали тетрадки и клеили на стекла окон. На полу не стелили половиков, т.к. ткать было не из чего, и только из изношенной холщовой ветоши могли ткать половики, а чаще всего сшитые «в пару» они уходили на подстилку.

Жители деревни до революции  бывшие помещичьи крестьяне, занимались единоличными хозяйствами. Среди жителей деревень не было особо зажиточных крестьян. Но все же участи репрессий было не избежать. Попал под раскулачивание из д. Квать-Чунь Никон Тарасов (Öлёксиев Никон), в доме которого впоследствии открыли Квать-Чуневскую начальную школу. Учительницей в школе (вела все 3 начальных класса) работала Казанцева Анна Федоровна из д. Ошиб, жила на квартире в д. Квать-Чунь. После того, как она вышла замуж и уехала в Чермоз, учителем в Квать-Чуневскую начальную школу направили Тарасову Фёклу Николаевну.

Вспоминается еще одна семья. Три дочери у Öлёксиев Мити жили без мужей в одном доме, но жили более в достатке, чем остальные деревенские: В этот дом постоянно на постой определяли механизаторов, комбайнеров во время посевных и уборочных работ. И старшая Пелагия, в деревне ее знали как «Пашу баб», готовила им еду, пекла хлеб. На средней  Евдокие (Кийке), держалось все хозяйство. Младшая, Акулина (Лина), обшивала местное население, шила верхнюю одежду, чаще это были заказы на фувайки. «Пашу баб» приводила мужа «в дом» из д. Фотино, а единственный сын Иван погиб в первые же дни войны.

В Великой Отечественной войне почти все из призванных мужчин из д. Квать-Чунь погибли, и дети росли сиротами, «миронами», как они себя называли. А из д. Верх-Лома не вернулся только один призывник, Туляев Иван Максимович, большинство вернулось домой живыми, хотя многие имели очень тяжелые ранения и недолго прожили после окончания войны.

Отец Анны Егоровны – Тарасов Егор Федорович 1909 г.р. знал, что родился в Вербное воскресенье, и каждый год считал Вербное воскресенье, не только религиозным праздником, но и своим днём рождения. Был призван на фронт 31 июня 1941 года. Семья всю войну ждала весточек от него, и только в феврале или марте 1945 года приходили три письма, где он писал, что был в плену полгода, бежали, скрывались, 2-ое суток по горло сидели в болоте, и каким-то чудом были замечены советскими самолетами. Лежал в госпитале, а затем снова был на передовой. Даже в одном из писем была фотокарточка отца, где его здорового родные узнали с трудом. Он был настолько истощен, изморен, фотография была сделана в плену, о чем подтвердил № 48 на рубахе. В одном письме писал, что при отступлении немецких войск был очевидцем, как немцы бежали, оставляя все награбленное. Писал, что, если останется живой, то привезет жене, детям мануфактуру (ткани). Но мать молились и ждала не мануфактуру, а отца с фронта живого. А уже в апреле 1945 года пришло извещение, что Тарасов Егор пропал без вести. В последнее время, когда открылись военные архивы, удалось только установить, что боевой путь Тарасова Егора обрывается в Саратове.

Великая Отечественная война оставила на полях сражений многих уроженцев деревень Доронино, Квать-Чунь, Верх-Лома. Не выдержали голод и холод и в деревнях, чаще умирали в семьях, где не было коровы-кормилицы, не было стариков, которые спасли многих детишек от голода и безножья. Были проблемы не только, как подольше проносить лапти, но и как заготовить лыко, бересту для лаптей. С лесу запрещалось даже брошенную палку брать без разрешения «обещика».

Голод, нищета многих гнала с деревни, но не всем удалось раньше без документов уехать. Были семьи, которые уехали на Алтай, на целину (три  дочери Олёксий Мити).

Сегодня, в свои 84 года, Анна Егоровна держится бодро, но без слез не может вспомнить свое детство: какие неимоверные испытания пришлось вытерпеть всем, кому выпало жить в таких сельских глубинках, как деревни Квать-Чунь, Верх-Лома, Доронино Мелюхинского сельского совета.

Информатор: Туляева (Тарасова) Анна Егоровна, 12.11.1934 г.р., Пермский край, Юсьвинский район, д. Бажино        

Для данного раздела недостаточно материала. Если у вас есть информация, пожалуйста, свяжитесь с нами.
Сделать это можно, отправив письмо по электронной почте на адрес: bib-uswa@mail.ru с пометкой «Энциклопедия».